yurakolotov: (photo)
В культуре поклонения смерти «всякая палестинская жена или мать должна гордиться, что Аллах сделал шахидом ее мужа или сына. Это лучшее из всего, что есть в мире,» заявила в интервью, опубликованном в израильском арабском еженедельнике "Куль Аль-Араб" 27 февраля 2004 года Умм Нидаль Фархат, отдавшая джихаду двух сыновей. «Я всегда мечтала быть матерью шахида,» сказала она таким тоном, каким гордый родитель в Америке мог бы сказать, что он всегда мечтал, чтобы его сын поступил в Гарвард. «По мне, так пусть все они станут шахидами».

Насколько арабские матери на самом деле гордятся юными мучениками сказать трудно; вряд ли у большинства из них настолько промыты мозги. Сколько обязательных радостных слов ни произносили бы они на публику, нет сомнений, что в большинстве своем они горюют о гибнущих сыновьях и тайком прикладывают все усилия, чтобы удержать их от безумства. Члены семьи подростка, арестованного с двумя друзьями по дороге на теракт в израильском городе Афула, заявили, что они возмущены тем, что вербовщики "Исламского Джихада" обманом завербовали его и отправили на смерть. Обездоленный отец молодого мученика за веру поинтересовался, почему идеологи террора не посылают на смерть своих детей: «Кто дал им право губить наших детей в своих терактах? Змеи они, вот и всё!».

К сожалению, «с течением времени в среде палестинцев укоренился культ прославления мученичества, стоящий на постерах, видеороликах, песнях и т.д.» Дети, растущие в традиционном обществе, где единственная цель их жизни – принести семье почет, привыкают к идее о том, что погибнуть в теракте – наилучший способ достичь этого.
yurakolotov: (photo)
По опросам общественного мнения до трети шведов выражают готовность разместить по мигранту в своих квартирах и домах, в реальности мало кто отваживается на такой шаг. (via [livejournal.com profile] panikowsky)

А я вот что внезапно вспомнил:
Вслед за писателями, многие и многие либерально настроенные интеллигенты сочли своим долгом снабжать экстремистов средствами, фальшивыми документами, укрытиями, предлагали свои дома под мастерские для производства оружия и взрывчатки. Профессора, учителя, врачи, адвокаты негласно объявили помощь экстремистам «признаком хорошего тона». [Это - про дореволюционную Россию (Ю.К.)]
Это повторилось в Германии 70х, где внезапно стало безумно популярным поддерживать РАФ, пусть даже не разделяя её экстремистских методов. «Согласно опросам, им в той или иной степени симпатизировал каждый четвёртый немец моложе 30ти лет в Западной Германии, а на либерально настроенном севере каждый десятый был готов предоставить им убежище».


(А. Гейфман, "На службе у Смерти", 7я глава)
yurakolotov: (photo)
Евгений Шварц, в разговоре (конец 1930-х):
"Ты знаешь, что говорили бы русские интеллигенты во времена царя Ирода? Они говорили бы так:
— То, что приказано убить всех младенцев мужского пола, это, конечно, жестоко, но историю в белых перчатках не делают. Можно понять династические соображения, которые делают это необходимым. Но то, что в суматохе прикончили двух девочек, это безобразие и об этом надо смело писать царю.
...Впрочем, о девочках тоже, наверное, не написали бы".

(Утащил у [livejournal.com profile] petro_gulak)
yurakolotov: (photo)
Политического экстремизма не бывает без виктимности – желания видеть в себе жертву, а в насилии – справедливость и самозащиту. Постоянно находясь на переднем крае ими же развязанной войны, террористы претендуют на роль гонимых, слабых и преследуемых.

Read more... )
yurakolotov: (photo)
Любой террористический культ, каковы бы ни были провозглашаемые им лозунги – светские, как у российских экстремистов, или религиозные, как у исламистов – это современная форма политического язычества. «Боги, которым они приносят человеческие жертвы, являются олицетворением не сил природы, а людских заблуждений и политических идей» – вернее сказать, замысловатых построений, отчасти духовных, отчасти идеологических, но непременно доведенных до крайности. «Фанатизм – это, в первую очередь, идолопоклонничество,» поскольку фанатики «поклоняются тому, что изобрели сами в угоду своим желаниям».
yurakolotov: (photo)
Вина за затопившее Россию море насилия лежит не только на большевиках. Успехи Красного террора вполне сравнимы с достижениями террора Белого. Принципиальная разница между ними такая же, как между зверствами революционеров и жандармов: армия не позиционирует себя как мессианское движение и не прокладывает дорогу к спасению человечества. Армия является инструментом укрепления, защиты или расширения границ того, что принадлежит настоящему, тогда как идеологическое движение в первую очередь стремится его – это настоящее – уничтожить, ибо занято исключительно устроением будущего – в случае большевиков, коммунистическим апокалипсисом и спасением.

Чтобы не попасться в ловушку морализаторской болтовни о равной ответственности, следует помнить, что, в погоне за концом света и построением нового мира, "правительство Ленина видело в терроре метод социальной инженерии. Белые никогда не стремились перекроить российское общество. (…) Террор коммунистов был лишь частью великого замысла – полного уничтожения общественных слоёв, стоящих на пути к тому, что они называли социализмом. (…) Красный террор (…) действовал согласно принципам классовой теории, обвиняя и стремясь уничтожить целые общественные слои, независимо от личной вины подследственного."
yurakolotov: (photo)
Мы ещё не полностью осознали, что значит постоянно жить под дамокловым мечом – это принципиально новое состояние для человечества. К примеру, трудно усвоить, что говорить об иррациональности стратегии и тактики террора – в корне неверно: то, что иррационально для нас, вполне логично для танатофила*.

Пора уже осознать, что именно когнитивный эгоцентризм – априорное предположение о том, что их и наши мораль, принципы и ценности совпадают – не дает нам проникнуться простой идеей: для террориста враждебность по отношению к окружающему миру – не способ чего-либо добиться, а образ мыслей. Наше неприятие насилия во многом работает на них – привыкнув избегать насилия, мы чувствуем себя униженными, ослабленными, стыдимся своей слабости и теряем возможность адекватно реагировать на опасность. Страх порождает желание укрыться в невежестве, заняться отрицанием фактов; это помогает, но ненадолго, а в долгосрочной перспективе наносит невероятный вред.

* Танатофилия террористов всех мастей от революционеров до исламистов - один из важнейших мотивов книги.
yurakolotov: (evilgenius)
(1)

В самом начале игры "Witcher: Assassins of Kings", король, узнав, что предотвращённое покушение на него совершил ведьмак, говорит герою: "Ну, это уже просто... Ъбаным ведьмакам-то я что сделал?!"

А я сижу и думаю, что реакция совершенно естественная, но только не для средневекового монарха, а для нашего современника, который его "сочинил". Потому что это в 20м веке оправдатели террора, искатели смыслов и политкорректные анализаторы ввели в дискурс понятие "за что". Террористы же убивают не "за что", а "почему". И настоящий, а не картонный, средневековый монарх не мог этого не знать. Время было такое.

(2)

Читаем с Талем "Тайны анатомии". Макрофаг, которому объяснили, что он погибнет, если проглотит нечто слишком крупное, говорит: "Хватило же у меня умишка завербоваться в самоубийцы. У нас ни о чём скверном не предупреждают, говорят только: ты прославишься, прославишься!"

Ноу, как говорится, комментс.
yurakolotov: (photo)
Предлагаемая вашему вниманию книга построена на наблюдениях и примерах, приводимых – по очереди – из истории столетней давности (пред- и послереволюционной России, колыбели насилия нового типа) и истории современной. Почему именно Россия? Ведь мятежники расправлялись со своими врагами задолго до начала 20го века.

Read more... )
yurakolotov: (photo)
Чаще всего самоубийц вербуют среди «порченого товара» – женщин соблазненных, изнасилованных, засидевшихся в девках или разведёнок. Сгодятся и бесплодные – по законам мусульманского общества они все равно «обесчещены»; таковы были две чеченские террористки, уничтожившие российские самолеты в августе 2004 года. Женщина с внебрачными детьми – тоже многообещающий кандидат.

Мусульманское общество – это общество стыда. Если незамужняя женщина забеременела, жена изменила мужу, дочь отказалась выйти замуж за избранника родителей или была замечена в обществе другого парня, то ее отец, муж, братья или иные родственники-мужчины обязаны ее убить, дабы восстановить честь семьи в глазах общины. Согласно докладу ЮНИСЕФ, в 1999 году более двух третей всех убийств, совершенных в секторе Газа и Западном берегу [р. Иордан] были "убийствами чести". Единственный способ для "шармуты" (шлюхи) смыть с себя и со всей семьи пятно бесчестия – «истисхад» (мученическая смерть) во имя Аллаха; она смывает все грехи.
yurakolotov: (photo)
С позволения автора и издателя начинаю выкладывать небольшие отрывки из переиздания книги А. Гейфман "На службе у смерти".
Для них будет заведён тэг geifman (если кому-то интересно читать именно их, а не всю прочую появляющуюся у меня лабуду).
Книга уже вышла по-английски, в скором времени появится на русском и иврите.

Profile

yurakolotov: (Default)
yurakolotov

July 2017

S M T W T F S
      1
2345678
9 101112 1314 15
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 03:18 pm
Powered by Dreamwidth Studios